Бегемот средних широт (bgmt) wrote,
Бегемот средних широт
bgmt

cogito

Я давно изредка (sic) размышляю о странностях человеческого отношения к смерти. Как все мы, наверно.

Есть старый анекдот в нескольких частях, где женщина приходит к врачу, врач говорит "ваш муж неизлечимо болен и завтра умрёт", она рыдает. В каждом следующем варианте врач увеличивает срок, женщина рыдает. В последнем он говорит "болезнь вашего мужа неизлечима и через тридцать лет он с неизбежностью от неё умрёт", женщина рыдает и вдруг вспоминает, что мужу семьдесят...

Никто не решил, на каком сроке нужно перестать рыдать.

Я вдруг представил себе вполне в нонешнем постмодернистском духе передачу по радио, радостный диктор говорит "С добрым утром, дорогие слушатели! А мы про вас кое-что знаем! Каждому, кто нас слушает, кроме родившихся за последние сутки младенцев (но они нас не слушают, хаха!), осталось жить на сутки меньше, чем вчера! " А ведь, небось, обидно будет такое слушать.

Мы боимся смерти. Но как-то странно мы её боимся. Мы делаем кучу вещей, которые заведомо сокращают жизнь, и не делаем тех, которые её в среднем продлевают. Ездим на машинах и жрём чего ни попади. (Никогда не знал, как оно - ни попади - пишется). Но на самом деле всё ещё страннее. Мне кажется, что человек, размышляющий о самоубийстве и не уверенный, что он это сделает (как, утверждают психологи, подавляющее большинство даже тех, кто и вправду пытается покончить с собой), очень огорчится, если ему сообщат, что если он передумает, то проживёт не 90 лет, а, скажем, 70. Мне кажется, что человек, составляющий завещание перед, ну скажем, горной экспедицией и думающий, что он с некоторой вероятностью умрёт в ближайший месяц или год, и совершенно это принимающий, тоже будет крайне огорчён, если выяснит, что у него рак, от которого он умрёт через десять лет. Мне даже кажется - хотя тут я уверен меньше - что человек - ну, может не каждый, - которому скажут, что ему остался жить месяц, легче это примет, чем то, что он, если выживет, не проживёт следующих двадцати лет. То есть странно воспринимается "оставшееся время": если короткое, то для некоторых и ничего, а если длинное, то пусть как можно длиннее.

Впрочем, это, конечно, спекуляция. Я никогда не расспрашивал никого, так ли. Мне так кажется - а почему кажется, не знаю.
Но что точно - это что "тайна смерти" равнозначна тайне времени, а точнее - является её частью. Мне не кажется, что кто бы то ни было понимает, что такое время (понимает время?) - ни философы, ни теорфизики, ни психологи, ни бегемоты. И что человек, не ощущающий тут тайны (вовсе для меня не религиозного свойства!) - то есть беспомощности познать и потребности познать - покрыт толстой коркой самозащиты.
Tags: философь
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments