November 3rd, 2015

печать

круги вокруг Юнны Мориц

Всем, наверно, известно, что Юнна Мориц изобрела новое слово - "зловрейство". (Не жалеющие себя могут ознакомиться здесь, скажем). Ничего особо нового, люди уходят давно уже, вон как я когда-то любил Бичевскую! "Чёрный ворон", скажем! А она спела "Русские идут" так давно уже, что и года не вспомнить.
"Русские идут и тает над Россией ночь
Русские идут любимой армии помочь
Русские идут вперёд с сердцами высших проб
Русские плюют на власть Америк и Европ".  Странно, что вроде сейчас это не исполняют по телевизору.
Ну и другие.

Но я прочитал впервый раз совсем другую Юнну Мориц - задолго до её вершины, достигнутой, мне кажется, в стишках про ёжика и пр. - в 1964 году, в журнале "Юность". Стихотворение не бог весть какое,  но я был юн и запомнил, в нём есть и нелепости, и находки. (Ах, как запоминаются стихи в юности! Вот до сих пор помню киплинговское "If", которое, кстати, на мой взгляд не особенно лучше этого, вполне милого и наивного, стиха Мориц) (авось киплингофилы меня не прибьют тут же тапком). Почему-то я запомнил одно слово неверно - вместо "средь запаха серы, повидла и мыла" у меня в голове было "сред запаха серы, олифы и мыла". (Как пахнет повидло? Не знаю).
Мориц Цветок

Я вспомнил - и решил, что легко найду. Тем более, я был уверен, что либо 64 год, либо первая половина 65го. Не тут-то было. Гугление приводило ровно к одной ссылке: на Стихи.Ру. Стихотворение фигурирует там в подборке стихов некоего Сергея Плаксина, с ошибками, причём, с одной стороны, автор (Юнна Мориц) указан, но с другой стороны, внизу мы видим вот это:
плаксин

Как может Сергей Плаксин, кто бы он ни был, иметь копирайт на опубликованное в 64 году стихотворение Юнны Мориц?! Кто ему дал "свидетельство о публикации" за длинным номером? Или это всё фейк?

И это всё, что находит Гугл. Меня охватил несвойственный мне охотничий азарт, я решил посмотреть, есть ли архив "Юности". Есть. Но только в нём не всё. За 1965 год в нём один номер, четвёртый. За 1964 - все номера. В результате я нашёл стихотворение в девятом номере. Он представлен вордовским файлом и PDFом. Я открыл вордовский файл "(Скан, обработка, формат: ???, предоставил: Карбофос, 2013)" и обнаружил, что стихотворение посвящено "Маршаки" (sic), а цветок в последней строчке - "не-сгп-ра-е-мый". Ну и строчки странно оформлены.  А вот в PDFе всё было в порядке.

Оно, конечно, ни сама Мориц, учитывая нынешнее её состояние, ни стихотворение не стоили таких трудов (полчаса-час в сумме, вообще-то). Но посмотрите: в 2015 году, оказывается, не найти в сети подборки "Юности" за 1965 год. Полвека. А ведь это интереснейшее явление (интересно, а с "Новым миром" как? Я не искал). Уже стихотворение живого, хоть и свихнувшегося, поэта не фигурирует в находимом виде нигде, кроме как вот этого искажённого текста за чужим копирайтом на дурацком сайте. А вполне достойный сайт архива "Юности" не выверяет сканов, предоставляя это загадочному Карбофосу.

История "60х" (т.е. с середины 50х по конец 70х примерно) уже обросла таким слоем мифов, что, наверно, надо просто подождать, пока мы все помрём, и можно будет наконец вволю спорить без досадных помех со стороны свидетелей. Но неужели совсем некому просто уберечь то, что пока что есть, лежит на полках, просит на себя посмотреть, гляди, я - информация? Вон сколько народу сканирует книги для Флибусты, неужели всем нужна только фэнтези и "любовные романы"? Нет, не ожидайте от меня, что я отсканирую первое издание "Круга первого", у меня домашний сканер, а там чёрт знает сколько страниц. Но ведь у людей-то есть профессиональные сканеры?
печать

перепост

Originally posted by greenbat at post
https://www.facebook.com/serguei.parkhomenko/posts/10207802727615593

...Коллеги в Мемориале уверяют меня, что история Колпашева известна широко, многократно описана, рассеяна по всему интернету. И в 90-е годы была даже издана небольшая книжка на эту тему.
Однако из 5 000 ответивших у меня в фейсбуке только человек 30-40, наверное, сказали, что да, слышали, знают, с чем связано это имя. Причем, большинство этих людей живут (или раньше жили) в Томске и его окрестностях, так что слышали от родных, от соседей… Остальные ответили: нет, не знаю, не слышал, не в курсе.
Так что можно теперь все-таки рассказать эту историю.
Городок Колпашево (по последней переписи чуть больше 20 000 человек) стоит на высоком берегу Оби. Река там делает поворот, и каждый год «съедает» несколько метров высокого песчаного обрыва, подбираясь все ближе к крайним домам по улицам Ленина и Дзержинского. К этому все в городе испокон веку привыкли.

В 1979 году – аккурат под Первомай, 30 апреля – в воду сползли очередные два метра песчаного откоса. И из вертикальной стенки показались руки, ноги, головы захороненных там людей. Обнажился многометровый могильник, в котором люди были уложены плотным штабелем, слоями. В верхнем слое тела полностью истлели, а в нижних – очень хорошо сохранились, мумифицировались в чистом песке. Говорят, что можно было легко разглядеть одежду, а в ряде случаев даже различить лица, вполне узнаваемые. Там были мужчины и женщины разных возрастов, были и дети. Все в штатском.
Несколько черепов верхнего слоя вывалились из откоса, их подобрали мальчишки, надели на палки, стали бегать по городу, пугать прохожих. Вскоре весь город был в курсе, что случилось. К откосу стали собираться люди, кому-то даже показалось, что он узнает чье-то пальто, видит чье-то лицо… Оцепили милицией и дружинниками. Потом очень быстро – буквально за несколько часов, построили вокруг осыпавшегося склона глухой забор.
Назавтра по городу устроили партсобрания на разных предприятиях и в красных уголках. Партийные агитаторы стали разъяснять населению, что им велели в райкоме: это захоронение предателей и дезертиров времен войны. Как-то получилось неубедительно: а почему в штатском? Почему женщины и дети? И вообще – откуда столько дезертиров в городе с 20-тысячным населением?
Тем временем осыпалось еще немного песка и стало понятно, что могильник – огромный. Тысячи людей.

В городе помнили, что на этом месте в конце 30-х стояла тюрьма. В общем, было известно, что там и расстреливают. Но никто не мог себе представить – сколько. Забор и колючую проволоку давно снесли, саму тюрьму давно закрыли, даже сруб перенесли в другое место, подальше от осыпающегося берега, там много лет было общежитие техникума.
На самом деле (в городе про это мало кто знал), в Колпашевской тюрьме был устроен полноценный конвейер смерти: построили специальный дощатый желоб, по которому человек сам спускался к краю рва, там его убивал из винтовки стрелок, сидевший в специальной будке, при необходимости добивали вторым выстрелом из пистолета, укладывали в очередной слой, валетом с предыдущим трупом, и слегка присыпали известкой. И так пока яма не заполнится. Тогда ее заваливали песком, а желоб переносили на несколько метров в сторону.
Так вот, берег продолжал осыпаться, и несколько трупов упали в воду поплыли по реке вдоль всего города. Люди с берега наблюдали.

В Томске было принято решение избавиться от могильника, трупы убрать. Решение принимал лично тогдашний Первый секретарь обкома Егор Кузьмич Лигачев. Советовался с Москвой, непосредственно с председателем КГБ Андроповым. Колпашевским властям приказано было могильник уничтожить, трупы перезахоронить в другом месте.
Но оказалось, что сделать это не просто: подогнать технику слишком близко к осыпающемуся песчаному обрыву было невозможно. Опасались за сохранность грузовиков, экскаваторов. А на то, чтоб копать вручную, времени не было: начальство подгоняло.
К тому моменту масштаб гигантского могильника был уже ясен. На берег отбуксировали буровую установку (еще раз, медленно: буровую установку), которая пробурила несколько скважин, чтобы определить контуры захоронения.
Тогда из Томска пришло новое распоряжение содержавшее интересное, остроумное инженерное решение. По Оби подогнали вплотную к песчаному обрыву два мощных буксира, привязали их тросами к берегу, кормой к откосу, и включили двигатели на полную мощность. Струя от винтов стала размывать берег, трупы посыпались в воду, большая часть их тут же разрубалась теми же винтами на куски. Экипаж буксиров был обычный, штатский. Никто его специально ради такого случая не подбирал, не заменял.
Жители Колпашева с интересом наблюдали за операцией. Никто не протестовал.
Дальше оказалось, что некоторые трупы все-таки уплывают вниз по течению, не попав под винты. Мумифицированные тела хорошо держались на воде, не тонули. Тогда попрек реки был поставлен кордон из моторных лодок, в которых сидели люди с баграми: их задачей было отлавливать трупы в воде. Эти люди были дружинниками, их навербовали из местных мужиков – рабочих, служащих, трудовой интеллигенции. К лодкам подогнали баржу, нагруженную металлоломом с завода неподалеку. К выловленным трупам надо было привязывать проволокой ненужные железки и тут же топить их в глубокой части фарватера. Эта работа продолжалась несколько дней.
Жители Колпашева продолжали наблюдать за буксирами, молотившими винтами по воде. К буксирам регулярно подвозили солярку: в общей сложности на каждый ушло по 60 тонн. Никто особенно не удивлялся и не возмущался.

Последняя команда – тоже из местных дружинников - работала еще ниже по течению: люди на моторках объезжали берега и собирали те трупы, которые все-таки упустили верхние лодочники с металлоломом. Их иногда закапывали (без опознавательных знаков) на берегу, но чаще топили в реке, разрубив веслами на куски или привязав камни для тяжести. Этот сбор продолжался чуть ли не до конца лета.
Город прожил это лето, в общем, спокойно. Как всегда.
Вот, собственно, и весь рассказ.
Если кто-то не понял, скажу прямо, что мне в этих событиях кажется примечательным. Это история не про сталинские репрессии, не про большой террор, не про НКВД, не про государственную машину уничтожения.
Это история про советского человека. Про наших сограждан, земляков, братьев и сестер. Про сибирский характер. Про моральный кодекс строителя коммунизма.
Про крупнейшую геополитическую катастрофу двадцатого века. Про великую и прекрасную страну, которую мы потеряли, и о которой если кто не сожалеет, - так у того нет сердца.

И последнее.
Егор Кузьмич Лигачев в 1983 году, через 4 года после Колпашева, уехал в Москву на повышение: по предложению Ю.В.Андропова был назначен заведующим отделом ЦК КПСС. Егор Кузьмич жив, до 2010 года был активен, пытался участвовать в жизни родной партии. Большой поклонник стихов Гумилева.
Сам Юрий Владимирович Андропов в 1982 году, через 3 года после Колпашева, стал Генеральным секретарем ЦК КПСС. Задумывал реформы, но так и не осуществил их. Писал стихи, говорят, любил джаз и американские фильмы. Умер, окруженный верными соратниками и любящими домочадцами.
На берегу Оби, прямо напротив улицы Ленина в центре Колпашева, до сих пор сохранилась длинная треугольная промоина в песчаном откосе. Река ее почему-то не размывает.
печать

о Визборе

передача "Свободы"

Для меня очень трудно сформулировать причину обаяния Визбора. У него мало хороших текстов - хороших как стихи. (Хотя есть). У него нет интересных музыкальных находок, которых так много у Клячкина, скажем. Он просто - действует. Не на всех, конечно, и чем дальше, тем меньше, это поколенческий эффект. Тем более, в эпоху исчезновения романтики как явления. Но действует. Что-то даёт, чего нет. Как витамин.

В качестве Бормана он мне как раз не особенно интересен. А вот его эпизодическая роль в "Июльском дожде" - я его помню там очень хорошо. Элемент эмоционального пейзажа, а весь фильм и есть запись эмоционального пейзажа, и потому - документ эпохи.

Интервью с его дочерью мне умеренно интересно, она не вполне умеет рассказать важное. Но одну вещь она сказала очень хорошо.
Леонид Велехов: Еще одно. Он был чистый лирик. Гражданской темы, социальной, политической нет совсем. При том что работал журналистом, что называется, в поле, жизнь, ее проблемы знал прекрасно. К тому же, биография такая: отец был арестован, расстрелян. Меня поразило в его автобиографии, что он помнит крик матери, когда отца забирали, хотя ему было три года. Но ничего из этого не отразилось в песнях, почему? Осторожничал?

Татьяна Визбор: Был такой документалист, Самарий Маркович Зеликин, и он мне как-то ответил на аналогичный вопрос так. Существует два вида людей. Одних интересует борьба человека с человеком. А есть люди, которых интересует борьба человека со стихией. Вот это был отец. Он был искренне предан этой своей борьбе, именно это его интересовало. Но, наверное, отчасти, он и уходил от этих проблем.

Уходил, конечно. Но ведь истинное противостояние советской (и путинской) власти - это не столько борьба с ней, сколько поддержание душевно нормальной человеческой жизни, которую она старается исказить и уничтожить. Это он и делал.
печать

Флибуста

Тем, кто не знает:

Флибуста продолжает иметь работающий "нормальный" адрес - flibusta.me . Ну и, конечно, она продолжает быть доступна через Tor , но я вижу, что он вызывает неясный страх у многих (сходный со страхом перед чёрной магией, мне кажется). Ну так пока работает нормальный адрес, вперёд.
печать

о расходимости лифтового перемещения

это уже кто-то помещал, но очень уж интересно, так что пусть и я тоже. Я не математик, я математики только ассенизатор и водовоз потребитель и преподаватель, но вроде ляпов нету.
Математики доказали гипотезу о расходимости с помощью комментария в интернете
печать

продолжение о Колпашевском Яре

Из ФБ нет перепоста в ЖЖ. А просто ссылка, кажется, не работает для тех, у кого нет ФБ. Поэтому я полностью перепощиваю этот пост.  Здесь хорошо сформулирована претензия к Пархоменко, и я теперь лучше понимаю, что я ощущал, когда мне показывали его фильмы: он в прошлом времени чужой, он смотрит глазами исследователя - а живы люди, для которых это часть их жизни. И он делает примерно те же ошибки, которые я видел у американского советолога Смита, когда читал его книгу об СССР.  Это не уменьшает моего уважения к Пархоменко, но хорошо бы он понял эту свою естественную ограниченность, которую нельзя преодолеть - бывает, что чужой опыт не сделать своим.


UPDATE про Пы Говоря про "фильмы Пархоменко", я имел в виду фильмы Парфёнова. Оба на букву Пы. Каюсь, каюсь, каюсь. И не вполне уверен, что даже незачёркнутая часть моих претензий верна. Я больше не буду.
=====================

Возмущения полна. Я прочитала художественный пост уважаемого Сергея Пархоменко, а также некоторые удивительные по своей близорукости комментарии к нему, хотя там же и много вменяемых, что облегчает мое возмущение. Пост о событии, произошедшем в моем городе Колпашеве в 1979 году . Я родилась в этом городе и мне было 8 лет, но я хорошо помню событие, которые окрестили Колпашевский Яр и которое прозвучало на Би-би-си и радио Свобода, как одно из первых публичных свидетельств сталинских репрессий.
Напишу о самом событии более сухо, чем не присутствующий там в то время Сергей. Вкратце, в тот год перед майскими праздниками на Оби обрушилась часть берега, открыв массовое захоронение расстрелянных политзаключенных. Упавшие в воду черепа, подхватили какие-то дети и играли ими. Потом, приехали наряды КГБ (я их называю НКВД, как моя моя бабушка их называет до сих пор) и военные, которые оцепили пристань и после совещаний с высшим начальством, приняли решение уничтожать тела, чтобы скрыть могильник и избежать огласки. Многие тела были мумифицированы, потому что после расстрела пересыпались известью. История ужасна. Но не менее ужасна, на мой взгляд, реакция многих людей сейчас.
Тогда люди в штатском топили тела, привязывая к ним камни. Подогнали к яру пароход, который молотил тела винтами. В общем власть всячески старалась скрыть следы преступлений. "Люди в штатском" были в городе повсюду.
Так вот от чего же меня колбасит? Первое, от изощренно расставленных опытным журналистом акцентов про "жители Колпашева с интересом наблюдали за операцией. Никто не протестовал", про "жители Колпашева продолжали наблюдать за буксирами, молотившими винтами по воде" и "город прожил это лето, в общем, спокойно. Как всегда" и про то, что местные люди участвовали активно в уничтожении тел. Не город, как метафора повсеместного бездействия. И вот какой вывод за этим Сергей делает для непонятливых: "Если кто-то не понял, скажу прямо, что мне в этих событиях кажется примечательным. Это история не про сталинские репрессии, не про большой террор, не про КГБ, не про государственную машину уничтожения.
Это история про советского человека. Про наших сограждан, земляков, братьев и сестер. Про сибирский характер. Про моральный кодекс строителя коммунизма."
Все вроде бы понятно. Не про государственную машину уничтожения, а про нас с вами, вернее, меня и моих земляков. Понятно. Но есть нюансы...
Вот выдержки из моего комментария к его посту.
"Я помню, как оцепили пристань и не подпускали никого близко -- поэтому, когда там кэгэбэшники орудовали наблюдать там было невозможно, потому что всячески пытались пресечь любую огласку. Мы жили на другом конце города -- возле самой тайги. Но все знали, что бригады топили тела и пристань оцеплена военными. Бабушка у меня тогда все дни молилась и причитала. Какие-то местные люди, коммунисты-активисты, наверняка помогали приехавшим бригадам, но были люди, которые пытались похоронить умерших с риском для их собственной жизни. Я не знаю точное количество сотрудников КГБ, которые тогда приехали в наш город, но зачистка в городе была организована профессионально. Мне мой папа, который "враг выполнения сталинского плана животноводства" и сын политзаключенной, проведшей 15 лет в Норильских лагерях, позже рассказывал, что "люди в штатском" были повсюду: по всем предприятиям, учреждениям и школам ходили."
Второй момент -- это некоторые комментарии к посту, сводящиеся к возмутительному "нелюди" не относительно КГБ и коммунистов, а относительно жителей. Одна девушка даже написала, что "эти люди дали такое же безгласное потомство".
Так вот, уважаемые бывшие советские граждане, нынешние россияне и отчалившие, стоявшие тогда реально в сторонке, или гонявшие чаек за чтением самиздата на кухне московской квартирки, или числящиеся по неведению в комсомоле или еще лучше в коммунистической партии, а сейчас полные возмущения и жажды возмездия, ответьте мне на простой вопрос: А чтобы вы сделали в той ситуации 1979 года, будучи в том конкретном городе, оцепленном военными и кэгэбэшниками? Расскажите. Очень интересно послушать.
И вот здесь во мне еще закипел ядовитый сибирский сепаратизм и провинциализм. Назвать сибиряков, большинство которых -- это ссыльные политзаключенные, либо дети ссыльных и раскулаченных, безмолвствующими или спокойно наблюдающими, человеку, родившемуся и живящему в Москве, мне кажется очень и очень некорректным. Ну и людям, которые поспешили написать прекрасные комментарии про "ублюдков" не в отношении КГБ, а в отношении людей отдельное сибирское холодное презрение.
Еще мне очень хочется сказать и Сергею и яростным комментаторам, что все не так ужасно БЫЛО и ЕСТЬ с ЛЮДЬМИ в Советском Союзе и России. Были люди, которые не вступали в коммунистическую партию, но не выходили открыто на улицы тогда, находясь во внутренней эмиграции многие годы. Были люди, которые приносили тайком цветы к могильнику Колпашевского Яра, и кто тайно хоронил найденные тела. Были сидевшие, но конечно, были и надзирающие. Так вот, сейчас многие решили превратиться в надзирающих за чужой жизнью и, конечно, осуждающих. Что-то мне как-то советскимсоюзом в нос ударило. И вот увеличительное стекло надзиратели направляют непременно на поиск говна. Что тогда, что сейчас. Ну а на что смотрим -- то и имеем. Да, безмолвное большинство ужасно тогда, оно ужасно сейчас и всегда, как и разъяренная толпа страшна. В чем рецепт? Вы хотите сказать, что отдельный человек сильнее системы? Что вы хотите от тех людей? Что вы хотите от ваших современников?
Мой взгляд сейчас издалека. Я не езжу каждое утро в Московском метро, поэтому не объективна в отношении России. Но, когда я приезжаю хотя бы в том же самый Колпашево, умирающий, кстати, не по причине людей, а по причине "государственной машины уничтожения", то я встречаю прекрасных участливых людей. Их и в комментариях к посту много, но почему же лучше педалировать на аморальных "строителей коммунизма". Это две полярных точки зрения на жизнь. Два способа творить свой мир. Можно писать о бесчувственных зеваках, глазеющих на жертв автокатастроф или террактов, а можно поддерживать людей, создающих, например, социальные фонды помощи старикам, больным, детям. Их много таких удивительных людей. Они не идут грудью на автоматы на площадях, протестуя против режима. Их меньше, чем безмолвствующая толпа. Но только потому что есть эти люди, я никогда не скажу, что все люди в России -- "нелюди" и советские люди -- быдло. И только потому, что в том моем детстве, были люди, которые сопереживали расстрелянным, я не позволю говорить о моих земляках неуважительно даже самым уважаемым зеваками людям.
Вот так длинно получилось. Без выводов.

Nadia Taiga

UPDATE  Мне указали, что в оригинале поста (в ФБ Нади Тайги) после слов "Без выводов" идёт ещё вот что:
Вот здесь (спасибо Alexey Orlov) более адекватное описание случившегося в Колпашеве в 1979 году
UPD: а за напоминание о произошедшем, конечно, Сергею спасибо.

Я не думаю, что это существенно, потому что благодарность в отношении Пархоменко и так очевидна, а вот критика - вполне конструктивна, но добавил.