September 29th, 2006

печать

IMHO

Я очень не люблю чернуху.
Поэтому я так и не сходил ни на один фильм Киры Муратовой после "Астенического синдрома", хотя люблю её "Долгие проводы" и "Короткие встречи".

И поэтому я каждый раз, видя очередную книгу Петрушевской, не раскрывал её.
А тут вот взял - маленькая книжечка в твёрдой обложке 2000 года, "...Как цветок на заре", и очень правильно взял.

Это совсем не чернуха, и это просто хорошо.

Это маленькие рассказы о людях - распространённый жанр, не перечесть, - Довлатов, Толстая, Улицкая...

Но у Улицкой у меня почти всё время ощущение искусственности. То есть может так быть, как она пишет, но... Рискуя употребить отвратительное мне самому выражение из советского учебника, я бы сказал, что у неё проблема с типичностью. Вот жили люди так, как она нам показывает; может быть; ну и что? Узнал ли я больше, чем просто услышав от кого-нибудь, с кем познакомлюсь, подробный рассказ о его жизни? По-моему, нет.
(Другое дело, конечно, что можно писать "типично", но совершенно неинтересно. )

Толстая пишет очень по-разному. В основном я её не люблю, но есть существенные исключения. Я её не люблю, как мне кажется, лично: сквозь текст просвечивает её достаточно самодовольная и достаточно недобрая личность. Иногда писатель перевешивает, и получается хорошо. Вот я люблю "Кысь", которую как раз многие считают чернухой - по-моему, совершенно напрасно.

Довлатов писал элегантно. Стиль превосходен, читать интересно, чего ещё надо? А надо, чтобы захотелось когда-нибудь перечесть. Ан не хочется, потому что каждая история Довлатова - это просто ещё одна история, и она ничего, кроме стилистически замечательно рассказанных фактов, не содержит. В старом смысле слова, каждая довлатовская история - это анекдот. Он превосходный рассказчик, но совсем не крупный писатель.

Петрушевская - в этом сборнике - ёмко, коротко и заинтересованно описывает людей. По содержанию их жизни это часто могло бы быть чернухой. Но не является - потому что они для Петрушевской не муравьи, а люди, и потому что за каждой историей стоит приоткрытая жизнь, где можно продолжать думать дальше и где всё вместе сливается - не в полотно, конечно, чай не "Война и мир", - но в неслучайные пятна одного и того же полотна, и можно думать дальше и связывать нити.