Бегемот средних широт (bgmt) wrote,
Бегемот средних широт
bgmt

повторения

Цитата, помещённая ниже, взята мною, к сожалению, не из собрания сочинений Б.Н. Чичерина (которого я не читал, а теперь прочту), а из ФБ-поста      Николая Подосокорского (да, да, можно редактировать ссылки на ФБ-имена так, чтобы падежи не исчезали из русского языка!) 
Мощная цитата.
==============

"Те, которые жили во времена Николая I-го, хорошо помнят тот тяжелый гнет, который в ту пору лежал на русской земле. Реакция была и в последние годы Екатерины и во вторую половину царствования Александра; но при Николае, в течение тридцати лет, она была проведена с железною последовательностью. Всякое свободное выражение мысли подавлялось беспощадно. Цензура достигла до невероятных размеров и обратилась даже в посмешище. Несчастных цензоров сажали на гауптвахту за пропуск самых невинных статей, за непочтительные выражения о лицах того или другого ведомства. Неосторожное слово, запрещенная книга могли повлечь за собой ссылку в отдаленные губернии. Записки Герцена и дневник крайне умеренного Никитенки могут дать понятие об этом порядке вещей, в котором задыхались русские люди. В первый раз русское правительство, дотоле стоявшее во главе просвещения, выступало явным его врагом. После 48-го года реакция достигла высшей своей степени. Революционные движения в Западной Европе вызвали самые суровые меры против ни в чем не повинных русских университетов. Цензура, которая, казалось, дошла уже до крайних пределов, сделалась еще строже. Писать что-либо для независимого человека стало невозможным. Даже чисто исторические исследования, без всякой тени политического намека, подвергались запрету.

А между тем этот всеохватывающий деспотизм не только не искоренил в русском обществе либеральных стремлений, а напротив, развил их в еще большей мере, Верхние слои, окружающие престол, действительно, погрузились в полное невежество. Они стремились к образованию, пока оно требовалось сверху; но как скоро оно сделалось предметом подозрения и просвещенный образ мыслей стал поводом к опале, так ему начали оказывать глубокое презрение. Прежняя образованная гвардейская молодежь уступила место пустоголовым любителям светских удовольствий и кутежей. В государственные люди возводились круглые невежды; требовалось только беспрекословное исполнение воли царя. Все это, однако, ограничивалось поверхностью; в средних слоях русского общества стремление к просвещению не иссякло, но оно естественно принимало более и более враждебное правительству направление. Всякое проскользнувшее слово, всякий оппозиционный намек схватывались на лету и переходили из уст в уста. Под видом литературной критики распространялись идеи, которые, при нестерпимом давлении сверху, принимали все более радикальный оттенок. В сердцах, особенно более пылкой молодежи, накоплялись семена непримиримой ненависти к существующему порядку вещей. Но зрелые люди, умевшие думать и не увлеченные личными интересами, видели всю его несостоятельность.

В Крымскую кампанию это убеждение сделалось всеобщим. Поражение русских войск в самых недрах отечества открыло глаза наиболее ослепленным. Для всех стало ясным, что всеподавляющий деспотизм, уничтожая живые силы народа, подрывает собственные свои корни. Величественное снаружи здание представляло внутри мерзость запустения. "Сверху блеск, снизу гниль", по выражению записки Валуева, представленной в то время в[еликому] князю Константину Николаевичу и ходившей по рукам. <...>

Пораженное в самых заветных своих чувствах, в сознании своей мощи, русское общество с неудержимою силой стремилось выйти из того невыносимого положения, в которое поставил его беспощадный и слепой деспотизм Николая I-го. "Свободы! Свободы!" - слышалось отовсюду. Жившие в то время помнят то сладкое чувство облегчения, которое охватило русское общество, когда после тридцатилетнего гнета вдруг с высоты престола послышались кроткие и милостивые слова. "Простить, отпустить, разрешить!" - говорил один из видных русских литераторов на одном из многочисленных тогдашних публичных обедов; "сколько заключается в этих немногих словах!" Полные надежды, все взоры устремились к новому монарху. Никто в то время не мечтал о конституции, но все ждали реформ".

(Б.Н. Чичерин. Россия накануне двадцатого столетия // О свободе. Антология мировой либеральной мысли (I половина XX века). М.: Прогресс-Традиция, 2000).

Стоит ли упоминать, что большинство комментариев под постом Николая Подосокорского защищает Николая первого и уличает Чичерина в "неточностях"... В такое время живём.
Tags: Россия, история
Subscribe

  • Le Gaou, на холмах над морем вчера вечером.

    Начинается мистраль.

  • а вот скажите

    Иногда в Windows нечаянно задел мышкой - и перенёсся файл неизвестно куда. Небось, у всех случалось. Если сразу сделать Ctrl-Z, то обычно можно…

  • Вдоль речки

    Вдоль реки - сначала вдоль речки Loing от прелестного городка Moret-sur-Loing недалеко от Фонтенбло (с двумя крепостными воротами, плотиной,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments

  • Le Gaou, на холмах над морем вчера вечером.

    Начинается мистраль.

  • а вот скажите

    Иногда в Windows нечаянно задел мышкой - и перенёсся файл неизвестно куда. Небось, у всех случалось. Если сразу сделать Ctrl-Z, то обычно можно…

  • Вдоль речки

    Вдоль реки - сначала вдоль речки Loing от прелестного городка Moret-sur-Loing недалеко от Фонтенбло (с двумя крепостными воротами, плотиной,…