печать

Найдено в ФБ

Автор неизвестен не только мне, но и опубликовавшему это в своём ФБ

Administratium
New chemical Element Discovered

The heaviest element known to science was recently discovered by investigators at a major U.S. research university. The element, tentatively named administratium, has no protons or electrons and thus has an atomic number of 0. However, it does have one neutron, 125 assistant neutrons, 75 vice neutrons and 111 assistant vice neutrons, which gives it an atomic mass of 312. These 312 particles are held together by a force that involves the continuous exchange of meson-like particles called morons.

Since it has no electrons, administratium is inert. However, it can be detected chemically as it impedes every reaction it comes in contact with. According to the discoverers, a minute amount of administratium causes one reaction to take over four days to complete when it would have normally occurred in less than a second.

Administratium has a normal half-life of approximately three years, at which time it does not decay, but instead undergoes a reorganization in which assistant neutrons, vice neutrons and assistant vice neutrons exchange places. Some studies have shown that the atomic mass actually increases after each reorganization.

Research at other laboratories indicates that administratium occurs naturally in the atmosphere. It tends to concentrate at certain points such as government agencies, large corporations, and universities. It can usually be found in the newest, best appointed, and best maintained buildings.

Scientists point out that administratium is known to be toxic at any level of concentration and can easily destroy any productive reaction where it is allowed to accumulate. Attempts are being made to determine how administratium can be controlled to prevent irreversible damage, but results to date are not promising.

печать

(no subject)

dassie2001 опубликовал двумя постами крайне интересное, одно из последних, интервью Бродского - собственно, скорее просто его разговор с Адамом Михником. Здесь я явно перепощу только преамбулу из его первого поста, потому что там объясняется, отчего мы полного текста этого интервью не видели, а сами посты дам ссылками.

Дальше моего тут не будет ничего.


Одно из последних интервью Иосифа Бродского



Позволю себе перевесить перевод очень интересного (потрясающе интересного) интервью Иосифа Бродского Адаму Михнику. В составленной Валентиной Полухиной библиографии интервью Бродского - их насчитывается 153 - данная беседа хронологически входит в последнюю десятку. Текст перевода я взял по нижеприводимой ссылке, на нее мне указал френд roving_wiretrap, за что ему огромное спасибо. Исправил только явные опечатки (возможно, не все), их было немного. Конечно, спросил разрешения перевесить у хозяев упоминаемого сайта, но ответа не получил.

http://geum.ru/aref/4550-1-chasche-vsego-zhizni-rukovodstvuyus-nyuhom-sluhom-zreniem-beseda-adama-mihnika-iosifom-brodskim-yanva-ref.htm

«Чаще всего в жизни я руководствуюсь нюхом, слухом и зрением…»
Беседа Адама Михника с Иосифом Бродским в январе 1995 года.


Интервью Бродский дал своему давнему другу, главному редактору польской «Gazeta Wyborcza» Адаму Михнику. Его текст был опубликован по-польски в 1995 году: „Po dwu stronach oceanu. Z Josifem Brodskim o Rosji rozmawia w Nowym Jorku Adam Michnik „, Magazyn (Dodatek do «Gazety Wyborczej»), nr 3 (99), 20.02.1995, s. 6—11. Однако судьба интервью складывалась непросто. Опубликованный текст был значительно сокращен и отредактирован — вероятно, чтобы сгладить ряд острых высказываний поэта. С этого варианта были впоследствии выполнены итальянский, английский и сокращенный русский (в журнале «Новая Юность») переводы. Полный транскрипт интервью, выполненный Иреной Левандовской и отредактированный Иоанной Шчэсной, был предоставлен редакции «Фондом наследственного имущества Иосифа Бродского».

(Перевод с польского Бориса Горобца под редакцией Виктора Куллэ.)

Собственно интервью:

Часть 1

Часть 2
  • mbla

Из Ириса

печать

перепост чужой истории в ФБ

Из ФБ

Стояли с Юлей около книжных полок, и разговорились, и я опять подумал, какой же мир маленький, и как всё крепко связано, как клубок ниток. Там на полке стоят модельки машин, и вот одна машина - ментовская "Волга", и я Юле говорю - надо же, меня на такой машине возили, старшеклассником, хе-хе, прямиком в отделение милиции - и на этом месте вдруг открылся портал прямиком в двадцатый век, на планету Земля, потому что тут же вспомнилось, что в здании отделения милиции раньше была детская поликлиника, а до этого госпиталь, и в войну моя баба Фаня была там санитаркой, и она рассказывала уже при Юле, нам вместе когда ей было 92 года, и она говорит, мол, ко мне туда привезли однажды омериканца по ленд-лизу, израненного, а я отказалась его мыть - он же весь черный! Мне страшно! - так вот уже в наше время в Америке опубликовали мемуары знаменитого американского генерала-ветерана, он был первым черным-генералом, и он там вспоминал, как его в Архангельске привозили в госпиталь, и как там к нему все хорошо относились, и подняли на ноги! - и я подумал, эх, бабушка Фаня, отказалась ты от своих пяти минут славы, но впрочем она в этом никак не нуждалась и не нуждается, а тут же сразу вспомнилось, что недавно прикручивал музыку к документальному фильму, где ведущим был Валдис Пельш, про эскадрилью английских асов, которые на своих "Спитфайерах" прикрывали Архангельск и Мурманск в июне-июле 41-го года, и вот сидит у себя в Норфолке у камина седой ветеран-ас (а ему в сорок первом году было 20 лет, но он уже тогда над Лондоном сбил пять "Мессершмидтов", и вот Черчилль его послал в Архангельск, потому что у Сталина там были только фанерные И-15) и вспоминает, что их разместили на каком-то острове, и там пожилые русские ladies их парили в бане, и у них была странная мания, избивать их прутьями, связанными в пучок, он даже помнит, что это называлось venik, а я думаю - мы же вместе с Юлей гуляли по этому острову, он назывался Кегостров, и там до сих пор есть заросшая бурьяном взлетная полоса....

И еще опять вспомнилось, как в Чикаго познакомился с профессором-экономистом чикагской школы, а он свободно говорил по-русски, а я спросил, зачем ему это нужно, а он говорит, его отец был летчиком, и в небе над Берлином чуть не погиб, но откуда-то из-под тучки вылетели два советских истребителя, и отбили его от "Мессершмидтов", и они даже потом нашлись на земле и вместе бухали, и тогда отец будущего профессора чикагской школы дал слово, что выучит русский язык, сам выучил русский язык, и обучил ему сына, не зачем - просто так, в память о небе над Берлином. И это тоже связано с англичанами в Архангельске, потому что Черчилль дал им поручение - обучить всех русских летчиков летать на "Спитфайерах", и когда они уже возвращались к себе в Англию, он подарили все эти "Спитфайеры", полную эскадрилью, нашим архангельским летчикам, и так начиналась настоящая школа войны с хвалеными немецкими "Мессершмидтами", и я подумал, а может один архангельский парень дожил до сорок пятого года, и уже над Берлином спас этого американца, чем черт не шутит?

Ну вот так мы с Юлей постояли около книжных полок...

Тут на фотках беременная Юля в 2007 году в Архангельске на Кегострове, и, of course, машинка, с которой разговор начался.  (Фоток не копирую. - bgmt). Извините, текст не вычитанный и не правленный, как есть так есть.

печать

полезные сведения

Про Ильина я впервые услышал в анекдотическом контексте. В начале 90х одна знакомая девушка снимала в Париже каморку у старушки из давних русских. Вместо квартплаты она должна была расшифровывать рукописи покойного мужа старушки и печатать их на машинке. Возможно, если бы она этого не сделала, некоторые вещи в РФ были бы иными, хотя слабо верится. Потому что покойный муж был Ильин. Впрочем, я не знаю, насколько важны для последующего были неопубликованные тогда тексты, потому что были ведь, естественно, и опубликованные.
Если верить французскому философу Мишелю Ельчанинову (а во Франции философами называются в том числе просто люди, чья деятельность состоит в размышлении и публикации размышлений. по-русски для этого нет слова: писатель? не совсем то), то Ильина Путину преподнёс Сурков, который его открыл для себя в Париже то ли в 2002, то ли 2003 году, не помню, просто в библиотеке (интеллектуал!). Вся политическая концепция Суркова основана, по-вилимому, на идеях Ильина. (Т.е. и "управляемая демократия" тоже).  Русская статья в Википедии меняется, когда я смотрел пару лет назад, она была другой; сейчас – в отличие от тогда - там есть цитаты из того, что я тут порекомендую прочесть, но из них выдернуты слишком уж неприличные моменты. (Хотя за прошедшее время многое, бывшее неприличным, стало приличным). Английская статья лучше.
(Книга Мишеля Ельчанинова "Dans la tête de Vladimir Poutine" ("В голове у Владимира Путина") не переведена, видимо, на русский. На Флибусте есть её перевод на английский но нет ни французского оригинала, ни перевода на русский. [Если кто не знает: как правило, нерусскоязычные тексты на Флибусте доступны только после логина. Завести себе аккаунт на Флибусте занимает примерно одну минуту]).

Так вот, сейчас можно уже - а было нельзя несколько лет назад - прочесть в Википедии, что "Согласно точке зрения Эрнста Генри, высказанной им в работе «Профессиональные антикоммунисты и поджог рейхстага», Иван Ильин открыто называл себя и своих единомышленников «фашистами», а также распространял идею диктатора как «художника власти»". Это, впрочем, всё равно очень странная фраза. Примерно как фраза, ну скажем, "согласно точке зрения такого-то, Пушин написал «Руслана и Людмилу»". Потому что ну да, называл, в печати, всё сохранилось. И вот как раз сейчас на Флибусте появилась статья Ильина 1933 года "Национал-социализм: 1. Новый дух". Это оттуда выдержки в статье об Ильине в Википедии.

Если вы хотите полностью понять, чем руководствовался по крайней мере Сурков, а на самом деле в большой степени и Путин, начиная с 2002 или 2003 года, эту статью надо прочесть. Если у вас нет доступа к Флибусте (т.е. если вы живёте в РФ и вам лень завести VPN), вот тут можно скачать версию в RTF (читается Вордом) или в формате epub.

Выдержки:
"Прежде всего я категорически отказываюсь расцѣнивать событія послѣднихъ трехъ мѣсяцевъ въ Германіи съ точки зрѣнія нѣмецкихъ евреевъ, урѣзанныхъ въ ихъ публичной правоспособности, въ связи съ этимъ пострадавшихъ матеріально или даже покинувшихъ страну. Я понимаю ихъ душевное состояніе; но не могу превратить его въ критерій добра и зла, особенно при оцѣнкѣ и изученіи такихъ явленій мірового значенія, какъ германскій націоналъ - соціализмъ. Да и странно было бы, если бы нѣмецкіе евреи ждали отъ насъ этого. Вѣдь коммунисты лишили насъ не нѣкоторыхъ, а всѣхъ и всяческихъ правъ въ Россіи; страна была завоевана, порабощена и разграблена; полтора милліона коренного русскаго населенія вынуждено было эмигрировать; а сколько милліоновъ русскихъ было разстрѣляно, заточено, уморено голодомъ… И за 15 лѣтъ этого ада не было въ Германіи болѣе про-большевицкихъ газетъ, какъ газеты нѣмецкихъ евреевъ — «Берлинеръ Тагеблаттъ», «Фоссише Цейтунгъ» и «Франкфуртеръ Цейтунгъ». Газеты другихъ теченій находили иногда слово правды о большевикахъ. Эти газеты — никогда. Зачѣмъ они это дѣлали? Мы не спрашиваемъ. Это ихъ дѣло. Редакторы этихъ газетъ не могли не отдавать себѣ отчета въ томъ, какое значеніе имѣетъ ихъ образъ дѣйствія и какіе послѣдствія онъ влечетъ за собою и для національной Россіи, и для національной Германіи… Но наша русская трагедія была имъ чужда; случившаяся же съ ними драматическая непріятность не потрясаетъ насъ и не ослѣпляетъ. "
.......
"Я отказываюсь судить о движеніи германскаго націоналъ - соціализма по тѣмъ эксцессамъ борьбы, отдѣльнымъ столкновеніямъ или временнымъ преувеличеніямъ, которыя выдвигаются и подчеркиваются его врагами. То, что происходитъ въ Германіи, есть огромный политическій и соціальный переворотъ; сами вожди его характеризуютъ постоянно словомъ «революція». Это есть движеніе національной страсти и политическаго кипѣнія, сосредоточившееся въ теченіе 12 лѣтъ, и годами, да, годами лившее кровь своихъ приверженцевъ въ схваткахъ съ коммунистами. Это есть реакція на годы послѣвоеннаго упадка и унынія; реакція скорби и гнѣва. Когда и гдѣ такая борьба обходилась безъ эксцессовъ? Но на насъ, видѣвшихъ русскую совѣтскую революцію, самые эти эксцессы производятъ впечатлѣніе лишь гнѣвныхъ жестовъ или отдѣльныхъ случайныхъ некорректностей. Мы совѣтуемъ не вѣрить пропагандѣ, трубящей о здѣшнихъ «звѣрствахъ», или, какъ ее называютъ, «звѣрской пропагандѣ». Есть такой законъ человѣческой природы: испугавшійся беглецъ всегда вѣритъ химерамъ своего воображенія и не можетъ не разсказывать о чуть-чуть не настигшихъ его «ужасныхъ ужасахъ»."
........
"

Что cдѣлалъ Хитлеръ? Онъ остановилъ процессъ большевизаціи въ Германіи и оказалъ этимъ величайшую услугу всей Европѣ. Этотъ процессъ въ Европѣ далеко еще не кончился; червь будетъ и впредь глодать Европу изнутри. Но не попрежнему. Не только потому, что многіе притоны коммунизма въ Германіи разрушены; не только потому, что волна детонаціи уже идетъ по Европѣ; но главнымъ образомъ потому, что сброшенъ либерально - демократическій гипнозъ непротивленчества. Пока Муссолини ведетъ Италію, а Хитлеръ ведетъ Германію — европейской культурѣ дается отсрочка. Поняла ли это Европа? Кажется мнѣ, что нѣтъ… Пойметъ ли это она въ самомъ скоромъ времени? Боюсь, что не пойметъ…

Хитлеръ взялъ эту отсрочку прежде всего для Германіи. Онъ и его друзья сдѣлаютъ все, чтобы использовать ее для національно - духовнаго и соціального обновленія страны. Но взявъ эту отсрочку, онъ далъ ее и Европѣ."
.....
"

Итакъ, въ Германіи произошелъ законный переворотъ. Германцамъ удалось выйти изъ демократическаго тупика, не нарушая конституціи. Это было (какъ уже указывалось въ «Возрожденіи») легальное самоупраздненіе демократически - парламентского строя. И въ то же время это было прекращеніемъ гражданской войны, изъ года въ годъ кипѣвшей на всѣхъ перекресткахъ. Демократы не смѣютъ называть Хитлера «узурпаторомъ»; это будетъ явная ложь. Сторонники правопорядка должны прежде всего отмѣтить стремительное паденіе кривой политическихъ убійствъ во всей странѣ. Сторонники буржуазно - хозяйственной прочности должны вдуматься въ твердые курсы и оживленныя сдѣлки на биржѣ.

И при всемъ этомъ то, что происходитъ въ Германіи, есть землетрясеніе или соціальный переворотъ. Но это переворотъ не распада, а концентраціи; не разрушенія, а переустройства; не буйно - расхлестанный, а властно дисциплинированный и организованный; не безмѣрный, а дозированный. И что болѣе всего замѣчательно, — вызывающій во всѣхъ слояхъ народа лояльное повиновеніе. «Революціонность» состоитъ здѣсь не только въ ломающей новизнѣ, но и въ томъ, что новые порядки нерѣдко спѣшно примѣняются въ видѣ административныхъ распоряженій и усмотрѣній, до изданія соотвѣтствующаго закона; отсюда эта, характерная для всякой революціи, тревога и неувѣренность людей ни въ предѣлахъ ихъ правового «статуса» вообще, ни даже просто въ сегодняшнемъ днѣ. Однако, эти административныя распоряженія быстро покрываются законами, которые обычно даютъ менѣе суровыя, болѣе жизненныя и болѣе справедливыя формулы."
.....
"«Новый духъ» націоналъ - соціализма имѣетъ, конечно, и положительныя опредѣленія: патріотизмъ, вѣра въ самобытность германскаго народа и силу германскаго генія, чувство чести, готовность къ жертвенному служенію (фашистское «sacrіfіccіo»), дисциплина, соціальная справедливость и внѣ-классовое, братски-всенародное единеніе. Этотъ духъ составляетъ какъ бы субстанцію всего движенія; у всякаго искренняго націоналъ - соціалиста онъ горитъ въ сердцѣ, напрягаетъ его мускулы, звучитъ въ его словахъ и сверкаетъ въ глазахъ. Достаточно видѣть эти вѣрующія, именно вѣрующія лица; достаточно увидѣть эту дисциплину, чтобы понять значеніе происходящего и спросить себя: «да есть ли на свѣтѣ народъ, который не захотѣлъ бы создать у себя движеніе такого подъема и такого духа?…»

Словомъ — это духъ, роднящій нѣмецкій націоналъ - соціализмъ съ итальянскимъ фашизмомъ. Однако, не только съ нимъ, а еще и съ духомъ русскаго бѣлаго движенія."

Выбирать трудно. Всё - ну прямо как "открою кодекс на любой странице, и не могу - читаю до конца".

Надо признать, конечно, что учение Ильина не воплощалось совсем прямо в жизнь в РФ. Это была идеология для избранных, путеводная, так сказать, звезда. Надо также признать, что взгляды Ильина несколько менялись в связи с событиями. Та же статья в Википедии:  В 1934 году был уволен с работы[12][13] и, по свидетельству И. В. Гессена, преследовался гестапо: «Судорожная длань национал-социализма обрушилась и на без лести преданных. Так, на полицейском автомобиле повлекли на допрос профессора И. А. Ильина, сочинителя пышного адреса Гитлеру»[14][15].

В 1938 году покинул Германию, перебравшись в Швейцарию, где закрепился благодаря первоначальной финансовой поддержке Сергея Рахманинова. В пригороде Цюриха Цолликоне Иван Александрович продолжил научную деятельность до конца своих дней.

Так что в национал-социализме Ильин к концу жизни разочаровался. Но в Муссолини и Франко - нет.

И ещё несколько цитат из Википедии:

Ильин является одним из любимых философов В. В. Путина,

Определённое влияние на возрождение идей Ильина и памяти о нём оказывает российский актёр и кинорежиссёр Никита Михалков. Популярность идеи Ильина набирают и среди Русской православной церкви. Цитаты из трудов Ильина использовали в своих речах генеральный прокурор В. В. Устинов и президент В. В. Путин[18][19][20].

В последнее время цитаты и тексты Ильина широко используются как задания для ЕГЭ (часть С).

печать

вопрос к залу

У меня на стенке выцвели два постера. "I and the village" Шагала и Ханка Зборовска в профиль Модильяни.

Я попробовал купить первый из них по интернету. Мне пришёл постер, где красный и зелёный цвета - вырви глаз, остальное тоже не имеет отношения к оригиналу.
Узнать, где какой цвет по интернету, в принципе невозможно: что ты видишь, зависит от калибровки экрана.
Поэтому я бы послушал советов: как купить большую репродукцию, где цвета ну пусть не точны, но хотя бы не ужас-ужас?

Но советов я хочу только от тех, кому это удалось. Будьте добры, не рассуждайте просто почёсывая в затылке. Я так и сам могу.

Мерси заранее.

печать

Бродский

Через пять лет я снова помещаю здесь текст, который я написал сразу после смерти Бродского. Кто читал, пропустите. Я это делаю, потому что мне кажется, что это лучший мой текст вообще, и потому что ничего мне в нём не хочется изменить. К сожалению.

Пять лет назад был жив Такинет. Он тогда мне написал в комменте: "Помню это письмо. И тогда и сейчас хочется поспорить, но не стал тогда, а что уж сейчас (это не значит, что текст плохой - он хороший, а несогласия по частности)." (Кстати, он был единственным, кто помнил это письмо). Я спросил, с чем он не согласен, он ответил "Несущественные детали, бог с ними", и теперь уже не узнать, что он хотел сказать.

==============================================================================
Тот пятилетней давности пост:
Я написал про Бродского девятнадать лет назад, и этот текст меня, оказывается, по-прежнему устраивает. Правда, это была не годовщина рождения, а момент смерти. Вообще-то это, мне кажется, важнее: точный день, когда человек родился, мало влияет на его жизнь, если не быть астрологом; точный день, когда он умер, может очень сильно влиять на жизнь оставшихся, и уж во всяком случае, он уже не сделает того, что сделал бы назавтра.

WWW тогда почти не было ещё, я написал для рассылки INFO-RUSS, была такая. Сейчас этот текст можно найти, вместе с кучей других текстов, на нескольких сайтах. Я не буду приводить ссылок, я просто под катом дам весь текст, который скопипейстил с одной из ссылок; да, у себя самого мне его уже не найти, вот ведь как живём.


From: Boris VELIKSON <boris@deborah.saclay.cea.fr>
Subject: INFO-RUSS: Smert' Brodskogo
To: info-russ@smarty.ece.jhu.edu
Date: Mon, 29 Jan 96 16:15:32 WET


Навсегда расстаемся с тобой, дружок.
Нарисуй на бумаге простой кружок.
Это буду я: ничего внутри.
Посмотри на него, а потом сотри.

Умер Бродский.

В ХХ веке русская литература не была бедна талантами. Умирал один, оставались другие. Не три, так два, не два, так один. А вот между одним и нулем -- разница наличия и отсутствия. Сейчас -- не осталось никого.
Бродский уже умирал один раз. И в своем собственном сознании, и в сознании оставшихся. Когда в 72 году его выперли, он не мог представить себе своего существования вне города. Его стихи после этого -- стихи с того света. (Я не хочу цитировать для тех, кто не читал: не для этого стихи пишутся). В Ленинграде же оставшиеся поэты "андерграунда" стали бодро спорить, кто из них первый пиит Петербурга. Ибо уезжавшие не проявлялись больше никогда, а стало быть, переставали существовать. Жаль, неплохие поэты принимали в этом участие, но читать их больше не хочется.
Бродский -- довольно редкий, хотя не уникальный, пример ложной славы того же уровня, которого должна была бы быть истинная. Другой хрестоматийный пример -- Пушкин: какой же русский не знает Пушкина? Только читать вот его для этого не обязательно. Бродский -- поэт великий, но камерный. Не могут его любить все, я не про народ, но даже про искренне читающую публику. Я имею право об этом говорить: когда я говорил кому-нибудь, что Бродский, как мне кажется, -- поэт уровня Мандельштама, во второй половине 60-х годов это воспринималось как ересь и преувеличение, граничившее с неприличием. Были мэтры, и был мальчишка Бродский, ну, "Пилигримы" там, "Васильевский остров", но какие-то парадники; поэт, конечно, сослали, сволочи, но в общем -- протеже Ахматовой, и не надо преувеличивать, и вообще у всех, с кем власть плохо обошлась, появляется преувеличенная известность.
Потом был еще период, когда Бродский был поэтом городского масштаба: в Ленинграде -- "великий", в столице -- предмет и пример питерского снобизма. Я очень хорошо помню это время, и когда после Нобелевской премии вдруг появилась всенародная слава, для меня это было кощунство и лицемерие. Не должно быть славы после премии. Не смотрите Нобелевскому комитету в зубы, читайте сами.
За границей же дело обстояло так, как всегда обстоит. В Brown University Бродского не изучали, потому что он еще не умер. Изучать надо умерших, о них мнение устоялось. (Поэтому изучали "Цемент" Гладкова, причем в переводе). В U. of Connecticut Бродского проходили. Известнейшая русистка харбинского происхождения Irene Kirk спрашивала у студентов-олухов: почему Бродский написал "На Васильевский Остров я вернусь умирать"? Олухи не знали. Mrs. Kirk отвечала: потому что на Васильевском Острове находится Университет, т.е., стало быть, это вроде как residential area возле кампуса, там-то и живут интеллигентные люди.
Бродский был умен. Это редкое качество у поэта. Как-то получается, что обычно умение рассуждать мешает непосредственному проявлению таланта, как будто талант проходит потоком не через голову, а прямо на бумагу из воздуха. Этим радикально отличается ранний -- доотъездный -- Бродский от послеотъездного. До -- он не рассуждал, а переносил на бумагу поток, с которым не всегда и справлялся. Я очень люблю эти стихи, в них есть свежесть и напор, которые он потерял после. Бродский -- разлюбил их. Он был против их перепечатки, и на вопрос, неужели он не любит даже "Шествие", ответил: "Особенно `Шествие'". Эти стихи многим хотелось положить на музыку, и иногда это даже получалось, у Клячкина и Мирзаяна, хотя тут же они же портили музыкой другие его вещи.
После отъезда Бродский стал интеллектуален и совершенен. У него исчезли случайные слова, и каждая фраза стала мыслью. (Моя фраза звучит иронично, и она и была бы иронией в отношении кого-нибудь другого. Бродский настолько талантлив, что и в этой ипостаси писал гениальные стихи -- только другие). Интересно было слушать, что он говорит; про какого еще поэта вы это можете сказать?
И Бродский никогда не выслуживался, ни в какой иерархии. Это тоже большая редкость в России. Может быть, ему просто повезло. Предыдущим надо было врать, чтобы попросту выжить. Или, иногда, они и вправду запутывались -- это происходило гораздо чаще, чем сейчас хочется думать, взирая на советский строй с нашей чеченской высоты. А потом -- те, кто были против, стали создавать антииерархии, и вполне искренне выслуживаться в них. Бродский уехал никем, а потом был один. Ему не пришлось иметь дела ни с какой из этих иерархий, и единственное, в чем он мог бы раскаиваться -- это что сразу после высылки написал письмо Брежневу, где просился назад. Ну так ведь не знал он, что так силен, что состоится и вне гнезда. Небольшой это грех.
Но я не думаю, что ему просто повезло. Бродский обладал редким в русской традиции чувством иронии. В России есть смех, сатира, черный юмор; ирония -- это чувство меры, когда тебя не заносит, и ты смеешься лишь над тем, что ложно. Для этого надо обладать этим чувством ложного. Бродский им безусловно обладал, а кто еще -- сразу в голову не приходит. Точнее, есть, конечно, но как и интеллектуальность, это свойство редко сочетается с творческой гениальностью: творчество синтетично, а ирония аналитична, и вроде им нечего делать вместе. Ан вот получилось. Так что думаю я, что противно было бы ему играть роль. Но все-таки хорошо, что не попросили.
Русская поэзия после Бродского находится в странном виде. Он радикально изменил средства выражения. Писать так, как до него, уже нельзя, но результат этого обогащения совсем не очевиден: слишком много текстов кажутся подражаниями. Авось утрясется -- или, авось, появится кто-то, кому незачем будет пользоваться средствами Бродского. Но это лишь авось.
Кончилась эпоха Бродского. Не для многих она -- эпоха Бродского, но попробуйте подумать, кто от нее останется через N лет. Бродский-то останется. Новая эпоха не будет эпохой какого-либо поэта. Пока что похоже, что она будет эпохой массовой слепоты.

Б. Великсон

MDH1

(no subject)

Метеорологическая служба Варшавы отметила рекорд бесснежной зимы:



Предыдущий рекорд за всё время измерений был установлен в 2007 году, когда снег выпал только 24 января.

This entry was originally posted at https://just-tom.dreamwidth.org/829346.html.
    печать

    tempora

    всё же утешительно, что мы сейчас (если не в Африке, конечно, и не на Ближнем Востоке) живём во времена фарса, а не фарша.

    С другой стороны, если поглядеть на кинозаписи выступлений Муссолини и Гитлера, тоже легко принять за фарс. (Сталин, он тяжеловеснее. На фарс не тянет. Сразу крутит ручку).