печать

ИНЫЕ ВРЕМЕНА

Трава не была тогда зеленее. Потом была война. Но посмотрите на список фамилий...
"Вскоре, однако, мои интересы сосредоточились на квантовой теории. В лице двух моих первых ассистентов Вольфганга Паули и Вернера Гейзенберга я имел самых энергичных, талантливейших сотрудников, каких только можно себе представить. Мы начали, конечно, с теории электронных орбит Бора — Зоммерфельда, сосредоточившись на тех её слабых местах, где она расходилась с опытом. Так мы приступили к созданию новой «квантовой механики». Вначале мы пытались заменить дифференциальные операции исчислением конечных разностей с использованием постоянной Планка; мой ученик П. Йордан и я получили некоторые обнадёживающие результаты, связанные с формулой излучения и другими вопросами. Затем, в 1925 году, Гейзенберг порадовал нас новой идеей: начав с принципа, что ненаблюдаемые величины (подобно размерам и частотам электронных орбит) не должны фигурировать в теории, он ввёл новое символическое исчисление и получил несколько обещающих результатов для простых систем (линейных и нелинейных осцилляторов). После представления его статьи для публикации я задумался над формализмом Гейзенберга и обнаружил, что он идентичен матричному исчислению, хорошо известному математикам. В сотрудничестве с Йорданом были установлены основные черты «матричной механики», затем все трое разработали систематическую теорию, которая дала настолько удовлетворительные результаты, что сомневаться в её справедливости было уже почти невозможно.
Некоторое время спустя Дирак (в Кембридже), также вдохновлённый первой статьёй Гейзенберга, разработал совершенно независимо аналогичную математическую теорию, используя более общее исчисление некоммутативных величин"

Макс Борн. "Моя жизнь и взгляды". Есть на Флибусте.
печать

(no subject)

Сегодня гугяли всего три часа. Работа волк, скалит зубы.
От St-Paul-lès-Durance. Вы не думайте (как думают многие французы), что слово lès - это артикль множественного числа. Это совсем другое слово, вроде как "близь".
Там наверху плато, с которого видны дальние горы, а на плато просто себе прекрасно.

20210503_155640


20210503_155645

20210503_163816

это не вереск
20210503_164300
печать

горы

я тут помещу очень плохую фотографию. Ну не берёт телефонный объектив дальнюю даль. Никак. 20210503_155537
Но вот высокие горы, которые мы сегодня видели метров c пятисот над St Paul-lès-Durance, видны.
Вообще-то потрясает. Мы ж не в высоких горах совсем. Вблизи выше 1100 ничего нет.
печать

2 мая

Дождь прошёл, и вышло солнце. И пошли мы в гору. Осталось два дня, понедельник и вторник, и совсем, совсем не целых дня. В среду ехать в Париж, в четверг восемь часов т.наз. защит по несобственным ингтегралам, числовым рядам и полиномам - дурацкая форма устного экзамена, на каждого двенадцать минут, ты ему задачу из заранее данных, он тебе объясняет, ну что можно объяснить за двенадцать минут? Ужс. В будущем году этого не будет, зато будет котингент с новым баком, и предчувствия у меня нехорошие.
Но пока - 23 км примерно, чуть меньше 700 м между нижней и верхней точкой, красота обалденная и главное, снова ранняя весна наверху. Ничего общего с низом. Вот почему, когда меньше кислорода, дышится лучше? А ведь всегда так, ну тыщ до трёх. Тут-то только тыща сто.

иудино дерево, Vitrolles-en-Luberon
20210502_111213

тамариск
20210502_111628

20210502_120712

Collapse )
печать

с понедельника

с понедельника погода испортилась. Ходили наполовину по асфальту. Ну, асфальт тут - это узкие дорожки, по которым раз в полчаса проедет какая-нибудь машина, и собаку незачем держать на поводке, но всё-таки асфальт. Вот, вперемешку.
Птичка на коньке крыши совершенно замечательно играет горгулью.
(Я взял себя в руки и написал это слово через "о", хотя понять, откуда в gargouille "о", я не смог, и никто мне не смог объяснить).

20210425_205013

20210425_205023

20210426_163103

Collapse )
печать

(no subject)

В воскресенье мы поехали, тоже совсем недалеко (у нас же теоретически надо не выезжать за пределы 10 км по птичьему полёту, хотя я что-то не видел, чтоб проверяли), в ещё совсем другой пейзаж, от деревни Meyrargues. Там над деревней стоит замок сеньора (очевидно), и с этого уровня начинается подъём на не слишком горизонтальное плато с лесами , лесными дорогами и тропами.
На одной фотографии кусок римского акведука, так и стоит посреди поляны.
День был пасмурный, так что небо пустое, я этого на фотографиях не люблю, но что ж делать.

20210425_141314

20210425_145029

20210425_150653

20210425_163047

20210425_164939
печать

прошлая суббота

Мы ходили по горкам чуть к востоку от нашего городка, не выше пятисот с чем-то метров. Это всего километров двенадцать, но пейзаж совершенно другой. Видимо, Люберонский хребет защищает всё, что к югу от него, от северных ветров, и пейзаж становится южным - очень резкий контраст с Люберонским хребтом. Вместо горного леса - garrigues, южные заросли невысоких растений на каменистой почве. Это почти то же самое. что маки (macquis), разница в уровне влажности и почве, и судя по интернетным страницам, она и не всем французам ясна. Мы ходили семь часов, прошли 23 км, а в смысле высоты непонятно: телефонный софт говорит, что перепад был меньше 400 м, а ноги говорили совсем другое. Видимо, телефонный софт (citytrail) не учитывал спусков-подъёмов, только общую разницу высот между начальной и конечной точкой.

На обратном пути мы встретили довольно замечательного человека, о нём уже рассказала Ленка, но мне хочется чуть подробнее. Идём, значит, вниз. Периодически то в том направлении, то в другом едут велосипедисты, из которых у некоторых велосипед очевидно электрический. Видим, стоит человек лет 75 (как и оказалось) с велосипедом, остановившийся на пути вверх. Здороваемся. Вот, говорит, шины проскальзывают, трудно ехать. Раскатали велосипедисты, несколько лет назад так скользко не было, да тут ещё электрические гады обгоняют. Да, говорим, гады, это ж жульничество, на батареях-то. Тут речь зашла о батареях. Каким-то образом с велосипедов соскользнуло на телефоны, и он объявил, что он диссидент, гугла по возможности не признаёт, и телефон у него забыл скольколетней давности, фирмы (забыл название), которая использует только бесплатный софт, и батарейка длится двое суток. И на компьютере линукс. Стали говорит о бесплатном софте, ну, я говорю, я, конечно, за, но всё же приходится, вот без Microsoft Office мне никак. А я, говорит, использую - есть такой софт, латех. А, говорю, латех! Так я его ещё и на юниксе пользовал, а, кстати, для Windows есть прекрасный интерфейс. О, на юниксе! А, кстати, вы из La Tour d'Aigues? Нет, говорим, из подпарижья. А, говорит, сбежавшие от карантина (les escapés)! Ну да. А я, говорит, пятьдесят лет назад покинул Иль-де-Франс и стал приёмным провансальцем. Ну, говорю, как-то акцентом провансальским вы не обзавелись. А откуда я, по акценту? - спрашивает. На мой слух, не было у него никакого регионального акцента, так в Париже говорят. Я, говорит, из Franche Compté, но может, конечно, уже не слышно. А вы - пауза - из Каталонии? Нет, говорим, не Каталония, а Россия. Обращается ко мне: судя по всему, что вы сказали, вы математик на пенсии? Ну, говорю, пенсию-то я получаю, но работаю на полную катушку. Тут стали говорить о том, как оформляют работу пенсионеры, по большей части как индивидуалы, и чем занимаются. Он вспомнил, в связи с математикой и Россией, Арнольда. Да, говорю, великий математик и крайне неприятный человек был. Он: а вот ещё такой же, Шафаревич, бо-ольшой был антисемит! Я: а ещё Понтрягин. Да, говорит, он ведь топологией занимался? Да, говорю я без полной уверенности, я в топологии очень слаб. Рассказываю про роль Понтрягина в деюдификации советской математики, тут-то я знаю. Речь переходит на диссидентов, вот я, говорит, был в комитете в Марсельском университете по приёму Плюща. Ленка рассказывает, что Васька был с Плющом хорошо знаком. Поговорили ещё, и пошли каждый в свою сторону, не обменявшись фамилиями и явками. Почему? Да так как-то получилось. Он наверняка был профессором в Марселе, в принципе можно найти, но лень, и так хорошо.
Фотографии вышли похуже, чем на Любероне, слишком много света, слишком широкие пейзажи, я много выкинул. Так что в основном цветочки. А цветочки класс. Дикие ирисы, коротконогие, лиловые и жёлтые. Лесные тюльпаны, изящны до невозможности. По краям дорог ладанник, который я по невежеству много лет считал шиповником, хотя у него и листья другие, и шипов нет, но похож же! Те же дикие микронарциссы, что на Любероне. Дикий лён, синий и жёлтый.

Идти можно было бы и меньше времени, потому что от верхней точки шла тропа прямо вниз. Но мы там уже были в какой-то прошлый раз, и по этой тропе спускались, да ещё с Машкой. Это чистый кошмар, надо удерживаться, чтобы не покатиться вниз, всю дорогу. Так что пошли назад почти по своим следам, только половину пути по другой дороге, но хоть по дороге.

Cлева одноколейка, по ней пару раз в день идёт поезд - наверно, из Экса.
20210424_114125

20210424_115659

Лён
20210424_124322


Collapse )